Читателя, имеющего собственный, или даже опосредованный, опыт жизни при тоталитарной системе, антиутопия "1984" Джоджа Оруэлла потрясает, в первую очередь, достоверностью второстепенных деталей – таких, как перенасыщенность "новояза" (слово, парадоксальным образом вошедшее в русский язык, благодаря переводу романа Оруэлла) нелепыми сокращениями, культ спорта, униформа, общее впечатление размытости черт лица, характерное для людей "нового типа" и т. д. Потрясает именно тем,
что автор, никогда
не живший в Советском Союзе, смог с такой степенью точности воспроизвести – пусть и в утрированном виде – именно советские реалии. Лишь потом приходит понимание того, что главное в романе – другое: беспощадно точный анализ механизма расчеловечивания человека. Бунт Человека против Системы, который,
по всем законам жанра трагедии, должен увенчаться духовной победой (пусть даже ценою физической гибели), заканчивается здесь прямо противоположным образом: по-настоящему тоталитарная Система оказывается непобедима, человеческий дух, сам по себе, слишком слаб, чтобы бороться с нею, а все одержанные им в прошлом победы были одержаны лишь благодаря тому, что реально существовавшие системы были недостаточно последовательны в своём тоталитаризме.
Действие романа "1984" происходит в Англии будущего – Англии, построившей социализм (но не просто социализм, а особый, английский – "ангсоц"). Страна, утратившая (за ненадобностью) историческое название и превратившаяся во Взлётную полосу I, провинцию Океании, одной
из трёх оставшихся и ведущих перманентную войну мировых держав, оказывается лишённой каких-либо признаков, которые позволили бы усмотреть в её новом облике наследие прошлых эпох: всё старое стёрто, язык "обновлён", сама история регулярно переписывается в соответствии с изменением политической обстановки (главным образом, в зависимости от того, с какой из двух других держав Океания, в данный момент, находится в состоянии войны, а с кем – заключила тактический союз). Для этого вносятся изменения не только в актуальную пропаганду, заменившую собою последние остатки информации,
но и в старые газеты, регулярно изымаемые из хранилищ и заменяемые новыми, "исправленными". Всё общество поделено на три категории: пролов (сокращение от "пролетариев", низший класс), рядовых партийцев и членов "внутренней партии", закрытой касты избранных. Во главе Океании стоит Старший Брат – вождь, которого никто не знает воочию, представляя только по бесконечным портретам и изображениям. Жизнь каждого партийца (включая членов внутренней партии) контролируется "Министерством Правды" и "порлицией мыслей" с помощью телекранов – следящих устройств, установленных в каждой квартире. Бунт главного героя – Уинстона Смита – начинается с того, что он осмеливается записывать свои мысли и наблюдения (что, как и многое другое, запрещено под страхом "распыления", то есть, полного уничтожения не только самого человека, но и самой памяти об
его пребывании в этом мире) и приводит его к неслыханной крамоле – самовольной связи с Джулией – рядовым членом партии. Она разделяет его мысли, и вместе они предпринимают безнадёжную попытку участия в заговоре против Старшего Брата, но вскоре выясняется, что заговор – не более, чем провокация, подстроенная полицией мыслей для выявления потенциальных инакомыслящих, а Уинстон и Джулия оказываются в застенке Министерства Правды. После долгих истязаний, физических и моральных, мучителям удаётся найти наиболее уязвимое место в психике обеих жертв, и в конце романа мы застаём их не уничтоженными, а выпущенными из тюрьмы, но ставшими лишь жалким подобием самих себя – прежних. Вопреки всем канонам всех жанров художественной литературы (но не жизни) в антиутопии "1984" торжествует полное, тотальное, бесконечное Зло.
More reviews about the 1984