Моё первое самоубийство

Книга Пильха „Моё первое самоубийство” это собрание рассказов, которые не остаются без союза с собой, соединяет их так как не только нить паментниковэй повествования – все рассказы полагаются быть подлинными воспоминаниями нарратора – но тоже своеобразный климат автоиронии, дистанции в переживаемые некогда большие приключения и дела, характерная для Пильха главная суть и наконец сама форма отдельных рассказов, благодаря которым ровно хорошо можно бы зачесть их в эссе. Пикантности целого добавляет моментами сочный, всегда однако прямой, свободный и меткий язык пильховэй повествования. Ну только что, или до конца пильховэй? Это значит, или нарратор это Пильх, а это Пильх нарратор? Ли мальчик, который с такой жертвенностью приготовляет своё первое это самоубийство маленький Юрек? Лютеранская семья из одной стороны жёстко держащая себя традиции, из второй пустая и попшегрызана одиночеством это семья Пильха? Любящий себя в гостиничном одиночестве, а одновременно жаждущий общества хоцьбы случайного человека писатель это лауреат НИК? Немного постаревший уже, или лучше – зрелый мужчина ищущий самой раз Красивой Женщины Мира, в другое время какой-нибудь женщины это автор „Списка прелюбодеек”? Ответ остаётся повешенная в пространстве между нарратором а читателем, в пространстве личной интерпретации, в пространства домыслов, жажд, воспоминания, какие соединяют пишущего с читающим. Магнетизм пильховых рассказов это не вопрос тот, пишет, или воспоминания нарратора это в действительности автобиография писателя или не, сила тех же рассказов это вопрос этого, о ком они говорят. А говорят о прямых, обыкновенных людях, о дорастающих ребятах подсматривающих курортниц и збераёнцих магические предметы, о браках, которых умершая любовь, о вдовах, любовь которой длится по-прежнему, о мужчинах после сорока ищущих собственного исполнения. Слово рассказывания Пильха о нас, пробуют запустить силу, цвет, музыку, запах, форма наших собственных воспоминаний и мечет. Я отсюда горячо поручаю чтение „Моего первого самоубийства” особенно тем, которые любят упоминать, которые забыли уже вкус собственного детства или молодости и наконец тем, которые переживают кризис крышке среднего, возможно дистанции в самого себя на сторонах книги Пильха.