На первой странице обложки красуется изнасилованный в фотошопе красно-желтый девичий лобок,
На последней — фото а ля ретро, где Юленька во френче и с котомкой
за плечами, на некоем старинном стуле, с лицом ангельским. Оксюморон первого порядка, лежащий на поверхности. Между гениталиями и просветленностью во взгляде — без малого четыре сотни страниц автобиографического фарша, сыромясого текста с кровью, солеными шуточками и перцем. Если вы от такого еще
не устали — you're welcome.
В целях экономии места и времени изложу запутанные перипетии контента в виде тезисов: в Америке мы друг другу на хуй не нужны — раз; новая русская идея есть хорошо забытая старая еврейская — два; красота спасет мир, но перед этим как следует вываляется в говне и сперме — три. В общем, на метафизическом уровне — ремикс увядших банальностей. Читателя ждет знакомство с жидовскими скитаниями и стенаниями, симптоматикой вагинального рака, буднями садомазо-клуба, зверем по имени «сорокуроножка», яблоками «бабуля Смит», любовниками и стихами самой Юленьки. Все очень личное, очень наружу и по глазам. Эдакий, простите, Лимон в юбке. Вот только с философской лирикой явный перебор.
Сократить раза в
два сие творенье — и не успело
бы надоесть, глядишь. Впрочем, любители заглядывать в ночные горшки «культурных героев» современности обнаружат для себя, я думаю, немало знакомых — и знаковых! — персонажей, за которыми им
приятно будет понаблюдать хотя бы опосредованно.
да и г-жа Беломлинская, собственно, не из транзитных пассажиров. «РУсская РУфь». Н-да…
Сократить раза в два сие творенье — и не успело бы надоесть, глядишь. Впрочем, любители заглядывать в ночные горшки «культурных героев» современности обнаружат для себя, я думаю, немало знакомых — и знаковых! — персонажей, за которыми им приятно будет понаблюдать хотя бы опосредованно. Да и г-жа Беломлинская, собственно, не из транзитных пассажиров. «РУсская РУфь». Н-да…
Сократить раза в два сие творенье — и не успело бы надоесть, глядишь. Впрочем, любители заглядывать в ночные горшки «культурных героев» современности обнаружат для себя, я думаю, немало знакомых — и знаковых! — персонажей, за которыми им приятно будет понаблюдать хотя бы опосредованно. Да и г-жа Беломлинская, собственно, не из транзитных пассажиров. «РУсская РУфь». Н-да…
More summaries about the Бедная девушка, или Яблоко, курица, Пушкин