Аристос — древнегр. «наилучший в данной ситуации»
Фаулз приобрел известность у наших любителей литературы благодаря роману «Волхв». У любителей кино — после экранизации коммерчески успешного произведения «Женщина французского лейтенанта». Книга философских размышлений «Аристос» была опубликована в 1964 году, сразу после выхода первого романа Фаулза, «Коллекционер», ставшего бестселлером.
Англичанин, поклонник философии Гераклита и французских экзистенциалистов, Джон Фаулз создал,
по утверждениям некоторых критиков, книгу «современного Екклезиаста». «Это
не диалог, а только одна сторона диалога. Я утверждаю; вы, если вам угодно, опровергаете», — говорит Фаулз во «Введении». — «Я верю,
что каждый человек наделен от природы здравым смыслом. Все что написано далее, является памятником этой вере».
Первая глава книги — медитации
на тему Бога и силы, правящей миром. Атеист Фаулз в этой игре ставит на случай и невмешательство. «Бог» (он всегда берет
Это слово в кавычки —
прим. мое) — это никоим образом не присутствие, а
как раз отсутствие, утверждает он. Знай мы что-либо наверняка, жизнь потеряла бы смысл.
Вторая глава — типология неудовлетворенности жизнью, которая, по Фаулзу, необходима «для нашего счастья, потому что является почвой, на которой оно произрастает». Автор мастерски препарирует страх смерти и некоторые другии человеческие фобии, заставляющие людей с удвоенной силой ценить и искать приятное в жизни.
Третья глава «Аристоса» посвящена «немо» — так называемому «анти-я», которое Фаулз вводит в качестве четвертого элемента в структуру личности по Фрейду (от лат. super-ego — сверх-я, ego — я, id — оно). «Немо — это человеческое чувство собственной бесполезности и недолговечности; собственной относительности и фактической ничтожности». Отдельно Фаулз выделяет политическое «немо» — чувство неспособности влиять на политические процессы в обществе. Главу венчает вывод о необходимости «немо» как эволюционной силы.
Тема четвертой главы — счастье и зависть. «Два этих состояния управляют нашим поведением <…> наша задача — изолировать положительные стороны зависти и счастья, лишив первую разрушительной агрессии, а второе — разрушительного эгоизма», — утверждает Фаулз. В общем, поставить и то, и другое на службу прогрессу и благо цивилизации.
Пятая глава носит название «Творить добро». Это — один из наиболее впечатливших меня разделов. Подход автора к теме проиллюстрирую цитатой: «Телесные отправления неспособны вызывать у нас реакцию пресыщения. За их выполнение мы не ждем дополнительной награды, поскольку знаем, что награда заключается в самом процессе их совершения <…> Благотворительность, доброта к ближним, действия, направленные против несправедливости и неравенства, должны быть поступками не ради удовольствия, но ради гигиены». В общем, если между вами и вашим добрым поступком затесалась какая-то выгода или польза для вас лично — это нельзя назвать добром. Последнее должно быть бескорыстно, как мочеиспускание. «Если вы могли совершить полезное доброе дело, но отказались от такого поступка, это не аморально; это равносильно прогулкам на публике, когда у вас руки вымазаны в экскрементах».
Глава шестая — это анализ противоположностей, лежащих в основе человеческого существования. Например, «не-существование (в человеческом понимании) „Бога“ придает жизнь и смысл всему существующему». По большому счету, Фаулз сводит реальность к энному количеству противоположностей, дающих человеку возможность выбора.
В седьмой главе дается краткий анализ основных — по Фаулзу — философских концепций человечества: христианства, ламаизма, гуманизма, социализма, фашизма и экзистенциализма. Как вы думаете, кому отдает предпочтение поклонник Сартра?
Одержимость деньгами — тема восьмой главы. Одна из симпатичных мне мыслей, высказываемых здесь Фаулзом — о том, что обратная сторона материальной независимости — это зависимость от денег.
Главы девятая и десятая — «Новое образование» и «Значение искусства» — посвященыы именно тому, о чем говорят их названия. «В любом хорошем образовании наука и искусство должны занимать равноправное положение», — говорит Фаулз в предпоследней главе и развивает этот тезис в «Значении искусства». По мнению автора, существующие системы образования — все без исключения — учат человека скрывать свое действительное «я»; напротив, утверждает Фаулз, «мы должны учить не тому, как приспосабливаться, а тому, как и когда этого делать не нужно». Десятая глава будет чрезвычайно интересна тем, кто так или иначе относит себя к людям творческим — Фаулз анализирует искусство как способ отражения реальности, или познания мира.
Основная идея «Аристоса» такова: мы рождаемся биологически неравными, и это неоспоримо. Однако граница между Немногими и Массой, по Фаулзу, проходит не между людьми, а внутри каждого из нас. Способами устранения неравенства автор полагает образование и искусство (не зря главы 9 и 10 по объему больше остальных), а в качестве идеальной философии для общества равных провозглашает экзистенциализм, требующий от человека повернуться лицом к своим поступкам и нести за них пожизненную ответственность. «Аристос» в данном конексте — тот, кто готов бороться с неравенством.
В общем, еще одна попытка построения утопии. Красивая, однако же, и этого не отнять. Недаром во «Введении» Джон Фаулз предостерегает читателя: «Прежде всего я поэт, и только потом — ученый. Это факт биографии, а не рекомендация».
More summaries about the Аристос