В октябре 1993
года газета
"Московские Новости" опубликовала интервью с бывшим председателем КГБ
СССР, Вадимом Бакатиным. Тогда он признал, что еще в конце 80-х годов Комитет
госбезопасности Советского Союза создавал в Абхазии и Южной Осетии так называемые
"интерфронты",
для того чтобы противопоставить
их грузинскому
национальному движению. Позже, в своей книге "Избавление от КГБ", В.
Бакатин напишет, что создание "интернациональных фронтов" в
строптивых союзных республиках ставило своей целью раскол общества в этих
республиках на два непримиримых лагеря. По его словам КГБ использовал общую
схему основанную на условии "не хотите подчиняться - получите
интерфронт", который приведет к забастовкам, поставит вопрос о границах
республики и законности избранных там органов власти.
В МССР усилия ЦК КПСС и КГБ СССР,
направленные на предотвращение отделения советских республик от Советского
Союза, совпали с сопротивлением проектам законов о статусе молдавского языка со
стороны русскоязычной партийно-промышленной номенклатуры. Вторые успешно
использовали это, убедив первых, что в Молдавской ССР разгуливает шовинизм и,
как выразился депутат Госдумы РФ, в прошлом один из руководителей латвийского
Интерфронта, и член депутатской группы "Союз" В. Алкснис, "агрессивный,
пещерный национализм". Естественно, что лидерами молдавского Интерфронта
стали именно руководители индустриального комплекса с левого берега, которые
отчаянно боролись за укрепление своего статуса и власти, представляя это как
защиту интересов местных жителей.
Известная исследовательница сепаратизма
в Грузии, Светлана Червонная, объясняя мотивы побудившие абхазский сепаратизм,
приводит аргументы схожие с теми, которые использовали авторы данного
расследования для объяснения причин приднестровского конфликта. С. Червонная
писала, что партгосаппарату абхазской автономии "было выгоднее оказаться
ближе к Центру, выходить на Москву непосредственно, минуя Тбилиси, иметь все
заранее хорошо просчитанные льготы, квоты, лимиты, привилегии, полагающиеся
руководящей элите союзной республики. Эгоистичные побуждения руководства и
аппарата выдавались при этом за "национальные интересы" абхазского
народа".
Аппетит
приходит во время... кооператива
А 16 августа 1989 года на левом берегу
была организованна предупредительная двухчасовая забастовка нескольких
предприятий. Информация о числе предприятий участвовавших в забастовке
запутана. Однако на прошедшем после забастовки собрании бендерского горкома
партии, была оглашена информация, о том, что реально бастовали лишь около 2170
человек с четырех предприятий: "Электрофарфора",
"Электроаппаратуры", машиностроительного завода и завода по
производству железобетонных изделий Министерства строительства. Тогдашний
первый секретарь бендерского горкома партии П. М. Цымой также обратил внимание,
что на семнадцати предприятиях левобережья были организованны собрания, якобы в
поддержку идеи создания союза рабочих коллективов. Он подчеркнул, что
привлекает внимание факт, что во главе нового союза встали руководители
предприятий, и это образование не поддерживается рабочими молдавской
национальности.
18 августа 1989 года корреспондент
издания "Молдова Сочиалистэ" взял телефонное интервью у второго
секретаря тираспольского городского комитета партии И. П. Ястребова, расспросив
его о забастовке прошедшей двумя днями раньше.
И. Ястребов сообщил, что решение об
организации забастовки было принято после того как 11 августа 1989 Интерфронт
опубликовал в газете "Кировец" завода "Точлитмаш" рабочий
вариант проекта закона о статусе молдавского языка на территории Молдавской
ССР. Вариант, о котором никто раньше не слышал, и который не был опубликован ни
в одном периодическом издании. То есть фактически Интерфронт пошел на заведомую
дезинформацию.
Ястребов, в частности, заметил, что
забастовка была результатом недовольства некоторых трудовых коллективов, в то
же время признавая, что городской комитет партии и исполнительный комитет
поддержали бастующих. Бастующие - простые рабочие, требовали отказаться от
принятия проектов закона о статусе молдавского языка, и уже имели свой(!) готовый
проект закона, который давал статус государственного и русскому языку. По
окончании интервью Ястребов попросил пока не давать в печать его ответы, так
как он должен узнать "что решат выше".
Известны и другие детали о том как
организовывалась первая забастовка в Молдавской ССР, ставшая начальным шагом на
пути конфронтации между Кишиневом и Тирасполем. За несколько дней до забастовки
состоялось собрание членов тираспольского городского комитета партии. Тогда
было принято решение оказать давление на органы государственной власти МССР под
угрозой проведения забастовки. На трибуне доминировал директор завода
"Электрофарфор" Г. Ф. Пологов, один из активных руководителей
интерфронтовского движения "Единство". Перед собравшимися выступил и
В. В. Худяков, корреспондент газеты "Советская Молдавия", который
прокомментировал закон о статусе молдавского языка, настаивая, что он имеет
дискриминационный характер. После подобной интерпретации проекта закона о языке
взволнованное собрание проголосовало за решение организовать забастовку.
А до этого собрания Г. Пологов
участвовал в заседании городского совета народных депутатов города Тирасполь,
где выступил с речью от имени Интерфронта. После чего и появился тот
злополучный номер газеты "Кировец" (тиражом, по некоторым данным, - в
10 тысяч экземпляров), о котором говорил в интервью И.Ястребов, и который был
распространен в города, где в последствии проводились забастовки.
Привлекает внимание и рассказ рабочего
транспортного цеха Тираспольского хлопчатобумажного объединения Константина
Никулицы, напечатанный 25 августа 1989 в "Молдова Сочиалистэ". По его
словам в русскоязычных коллективах объединения о молдованах высказывались
плохо, считая, что они хотят выгнать немолдован из республики. Обосновывали они
это законом о статусе молдавского языка, которого, как свидетельствует
Никулица, сами никогда не читали, а знали лишь по слухам.
О самой забастовке 16 августа К.
Никулица рассказывал следующее. Утром, когда он пришел на работу, ему сообщили,
что надо бастовать. Часть рабочих воспротивилась этой идее, и поэтому быстро
было проведено собрание, на котором вопрос был поднят на голосование. Голоса
распределились примерно поровну, 50% проголосовав за забастовку и другие 50%
против. Внезапно погас свет, в результате чего предприятие не смогло работать.
Трудно назвать забастовкой факт намеренного отключения света, скорее это можно
классифицировать как саботаж со стороны руководящего состава предприятия.
Почему же Интердвижение, представленное
в данном случае директором завода "Электрофарфор" Г. Ф. Пологовым,
желало оказать давление на Верховный Совет МССР?
More abstracts about the Роль Российской Федерации в ближнем зарубежье (Moldova) - часть 1.6