Не менее любопытны и другие детали. Суду было представлено письмо, в
котором тогдашний министр иностранных дел России обращался к посольству
Молдовы в Российской Федерации, в связи с меморандумом, который Молдова
представила в Европейский
Суд по правам человека в октябре 2000
года. В
письме значилось, что этот "меморандум являет собой субъективную оценку
роли России в деле Илашку и никоим образом не отражает дружественного
характера отношений между Молдовой и Российской Федерацией". В
частности руководитель МИД России писал, что "в этом контексте
российская сторона, полагаясь на соглашения, достигнутые между главами
дипломатических служб, настаивает на том, чтобы Молдова предприняла все
необходимые меры для того, чтобы данный меморандум был отозван до 30
апреля, и проинформировала Суд и российскую сторону об этом факте
официально". Принимая во внимания цели настоящего расследования,
следует дополнительно отметить и пункт 341 решения Европейского суда,
который постановляет, что "с точки зрения Суда, у Молдовы было мало
шансов установить контроль над Приднестровьем, учитывая то, что режим
поддерживался Российской Федерацией экономически, политически и
военными средствами". В пункте 381 решения Суда обращается внимание на
то, что Россия подготовила основные положения соглашения о прекращении
огня и более того, подписала их как сторона (Соглашение 21
июля 1992
года). Это представляет в новом свете роль России во время вооруженных
столкновений на Днестре. В пункте 382 решения Суд считает, что
Российская Федерация внесла свой вклад в утверждение сепаратистского
режима в Приднестровье, части
территории Молдовы, поддерживая его
политическими и военными средствами. Суд отметил, что "даже после
подписания соглашения от 21 июля 1992 года Российская Федерация
продолжила обеспечивать военную, политическую и экономическую поддержку
сепаратистского режима". А в пункте 390 решения Европейский суд
"обращает повышенное внимание на финансовою поддержку Приднестровья со
стороны РФ: - договор о распределении между РФ и Приднестровьем доходов
от продажи военного оборудования; - уменьшение долга Приднестровья
перед РФ на 100 миллионов долларов; - поставки российского газа в
Приднестровье на более выгодных условиях, нежели остальной части
Молдовы". Двойные стандарты России Недвусмысленная роль России заметна
на всем протяжении переговорного процесса, с 1992 года и до наших дней.
Во всех документах по переговорам, Россия в одном или ином качестве
стоит на стороне приднестровских лидеров. Сначала она официально
выступила стороной договора с Молдовой по прекращению огня в
приднестровском конфликте, практически признав, что она противостояла
Молдове в вооруженном столкновении на Днестре (соглашение от 21 июля
1992 года). Потом, очевидно поняв свою промашку, Россия стала
"посредником в переговорном процессе", а с июля 1995 года и
"государством-гарантом выполнения достигнутых договоренностей". В целом
дипломатическое лавирование России в приднестровском вопросе не
оставляет сомнений в отсутствии у нее какой-либо беспристрастности.
Москва в ряде случаев отказалась выполнять взятые на себя обязанности
или торпедировала достигнутые договоренности, воспротивившись
инициативам, предназначенным созданию здоровой обстановки для
переговоров. 21 октября 1994 года между Молдовой и Россией было
подписано соглашение относительно статуса российских военных
формирований, временно находящихся на территории Молдовы и срока вывода
войск. В этом соглашении устанавливался трехлетний срок вывода
российских войск с территории Молдовы, со дня вступления документа в
силу. Соглашение не было ратифицировано Российской Федерацией, а потому
так в силу и не вступило. Тем не менее, Молдова выполняла все свои
обязанности, определенные в соглашении и обеспечивающие нахождение и
функционирование военных частей России на ее территории. Хорошо
известен скандальный пример длящегося до сих пор отказа России от
обязанностей по безусловному выводу своих войск с территории Республики
Молдова, принятых в 1999 году, на Саммите ОБСЕ в Стамбуле. В качестве
другого примера, приведем явное нарушение Россией существующих
документов по приднестровскому урегулированию 27 и 30 мая 1996 года. Не
уведомляя Кишинев и без согласования ОКК, Россия ввела в зону
безопасности (в города Бендер и Дубэсарь) два мотострелковых батальона,
бронетехнику и вооружение Оперативной группы Российских Войск, временно
дислоцированной на территории Республики Молдова, с целью заменить ими
миротворческие силы РФ. Протесты Молдовы о недопустимости подобного
шага, так как он противоречил и Соглашению от 21 июля 1992 года и
межгосударственному Соглашению от 21 октября 1994 года "О правовом
статусе, порядке и сроках вывода воинских формирований РФ, временно
находящихся на территории РМ" были проигнорированы Россией в грубейшей
форме. Поразителен ответ Российской Федерации, точно характеризующий ее
отношение к существующим договорам с Молдовой и международному праву.
Она нагло заявила "в ультимативной форме", что решение произвести
замену своих миротворческих сил в период 8-15 июня 1996 года принято
окончательно(!). Но это еще не все. До этого, миротворческие силы
России позволили несанкционированный ввод в зону безопасности воинских
подразделений Приднестровья, в 1994 году сократив в одностороннем
порядке свой контингент миротворцев, и заменив свои посты
приднестровскими пограничными и таможенными службами. Это фактически
привело к обозначению границ непризнанной ПМР Выступая на международных
форумах в пользу безусловного выполнения достигнутых соглашений и
договоренностей, Россия, в отношениях с бывшими советскими
республиками, тем не менее, сама относится к этому избирательно. Паны
сорятся - у холопов чубы трещат?
More abstracts about the Роль Российской Федерации в ближнем зарубежье (Moldova) - часть 3.2