Существует и другая страница отношений
между Кишиневом и Тирасполем,
которая не сильно афишировались, и не привлекала внимание масс-медиа.
Связь между политиками Республики Молдовы и приднестровскими лидерами
поддерживалась все время, до вооруженных столкновений, во
время оных,
сразу после боев, и в течение всего периода до сих пор. Причем заметна
некая закономерность по синусоиде - напряжение, переговоры, кризис,
диалог, потепление, и так далее. Из этой логической диаграммы можно
выделить, что сначала Тирасполем накалялась обстановка, после чего они
выдвигали какие-нибудь требования. В течение переговоров, для оказания
давления на Кишинев, напряжение накалялось до более высокого уровня.
Потом
стороны или приходили к соглашению в результате уступок Кишинева,
или же не находили общего языка, и в результате обоих сценариев
ситуация на время замораживалась. Встречи на высоких уровнях между
руководством РМ и Приднестровья происходили 28 апреля и 21 декабря 1994
года, 15 февраля и 5 июля 1995 года. В феврале-марте 1996
года проходили переговоры, во время которых обсуждались и были достигнуты
договоренности между Департаментом стандартов, метрологии и
технического надзора РМ и Государственным комитетом по стандартизации,
сертификации и метрологии Приднестровья. В марте 1996 года готовились
протокольные решения по проблемам восстановления мостов через реку
Днестр, и решению проблем в области деятельности торгово-промышленных
палат двух берегов. 14
мая 1996 года в Тирасполе между президентом М.
Снегур и И.Смирновым
было подписано протокольное решение по вопросу
восстановления работоспособности Молдавской ГРЭС и Дубосарской ГЭС. На
17 июня экспертами обоих берегов было подготовлено соглашение по
вопросу восстановления работоспособности МГРЭС и ДГЭС, где Молдова
должна была покрыть 60% расходов, а Приднестровье - 40%. Также Кишинев
и Тирасполь вели диалог по вопросам погашения задолжностей
Приднестровьем за медикаменты, полученные от АО "Молдова-Фарм". Кроме
того, 15 марта 1996 года председатель Верховного Совета Приднестровья
Г. Маракуца просит в письменном виде молдавское руководство (М.
Снегура, П. Лучинского и А. Сангели) о разрешении получения 5 миллионов
штук приднестровских купонов-банкнот (общая сумма не указывалась)
изготовленных фирмой "Гизике и Девриент" в Германии. В этом же письме
Г. Маракуца обещает "в дальнейшем воздержаться от печатания денежных
знаков для Приднестровья" и решить вопрос введения молдавского лея, в
качестве единственной валюты на территории Приднестровья. Не нужда ли в
ликвидности стала причиной желания приднестровской стороны сесть за
стол переговоров? Но, вся эта "идиллия" в сотрудничестве прерывается
в конце мая. Почему? Известно, что Тирасполь вдруг пошел на обострение
- 21 мая 1996 года администрация города Бендер своим решением нр. 387
запрещает проезд автомобилей с регистрационными номерами международного
образца, серии "ВЕ", выданными молдавскими властями. С 22 по 27 мая
1996 года, по неофициальным данным полиции города Бендер,
приднестровской милицией было изъято у граждан более 1000 новых
госномеров и более 100 водительских удостоверений. Случайно ли то,
что 16 июня 1996 года в России должны были пройти президентские выборы,
в которых участвовал генерал-лейтенант А. Лебедь, бывший командующий
14-й
российской армией в Приднестровье, ставшей ОГРВ? Является ли
совпадением факт введения 27 и 30 мая 1996 года Россией двух батальонов
ОГРВ в Зону безопасности, в нарушение ранее достигнутых
договоренностей, что привело к дополнительному нагнетанию ситуации, и
так накаленной Тирасполем? И возможно все эти действия были сделаны для
оказания давления на Кишинев, с целью принудить подписать Меморандум о
принципах нормализации отношений между Республикой Молдова и
Приднестровьем от 17 июня 1996 года? Бесспорно то, что руководство
Молдовы получило множество рекомендаций, как от отечественных, так и от
зарубежных экспертов, не подписывать меморандум в той форме, в которой
предлагала российская сторона, так как это бы нанесло сильный урон
интересам Молдовы, ослабив ее позиции в переговорном процессе. Этот
меморандум был подписан только через год - 8 мая 1997 года президентом
Молдовы П. Лучинским. По мнению экспертов Международной Антикризисной
Группы - из-за того, что "Москва перенесла дату его подписания". Факт,
отрицаемый российскими экспертами, настаивающими, что это президент М.
Снегур не захотел его подписать в той, предложенной в 1996 году форме.
К сожалению, получить комментарии П. Лучинского по этим и другим
вопросам не представилось возможным. По словам его секретаря, он не
смог найти времени для интервью. Не напоминают ли вышеперечисленные
примеры эпизоды времен новейшей истории, когда монархи и вельможи
встречались и вели светские беседы на приемах, в то время как их войска
могли сходиться в жестоких столкновениях? Ведь руководство Молдовы того
времени и приднестровские руководители знали друг друга хорошо еще с
совместного членства в верховных советах советской Молдавии. Случай
1996 года представляет только единичный пример процесса переговоров по
урегулированию. Он ясно показывает на тенденции, проявляющиеся в том,
что как только в приднестровском вопросе намечался прорыв, со стороны
России или со стороны приднестровского руководства создавалось
напряжение. Так конфликт каждый раз замораживался. Закулисные игры Было
бы большим упущением не упомянуть и некоторые действия России в
процессе приднестровского урегулирования, которые менее известны
обывателям. Множество подобных фактов закулисной игры Российской
Федерации хорошо знакомы молдавским дипломатам. В качестве примера
стоит отметить переговоры по тексту Заявления Саммита ОБСЕ в Лисабоне
2-3 декабря 1996 года. Часть Заявления, которая касалась Республики
Молдова и приднестровского вопроса, была принята в условиях сильнейшего
прессинга со стороны Российской Федерации. Переговоры начались с
обсуждения пяти строк предложенных председательством ОБСЕ (после
согласования с делегацией России), и носящим название "12 параграф". В
целом, Молдову пытались убедить принять формулировку "мирного
урегулирования", не связывая ее с территориальной целостностью Молдовы.
Другим важным моментом было то, что этим заявлением намеревалось
аннулировать обязанность ОБСЕ "тщательно следить за выполнением
Соглашения о выводе российских войск", что была принята раннее.
Молдавских дипломатов пытались в прямом смысле обдурить, настаивая на
этих формулировках, аргументируя невозможность внесения изменений якобы
по техническим причинам, и даже прямо угрожая, что совсем исключат
параграф о Молдове из текста Декларации. В качестве консенсуса
молдавская делегация предложила новый текст, который предварительно
обсудила с делегациями нескольких западноевропейских стран, США,
Венгрии, Румынии и Украины. Делегация Российской Федерации отказалась
участвовать в обсуждении, предполагая, что будут попытки повлиять на ее
мнение.
More abstracts about the Роль Российской Федерации в ближнем зарубежье (Moldova) - часть 3.3